Всего десять лет назад мир сотрясал жесточайший финансовый кризис, но сегодня и государства, и бизнес вновь безмятежно наблюдают за ростом рынка. Между тем, расслабляться не стоит.
Финансовым рынкам свойственна цикличность, рассказывает The Economist. В благополучные годы растут доходы и стоимость активов, а вместе с ними растёт и выдача кредитов. Кредитный бум ведёт к увеличению потребительских расходов, и темпы роста экономики ускоряются. Восприятие рисков участниками рынка постепенно меняется, и рано или поздно они начинают верить, что рост будет продолжаться бесконечно.
Но когда начинается спад, настроение на рынке резко меняется. По мере падения стоимости активов банки с меньшей охотой выдают кредиты. Бизнес страдает от падения продаж, долговая нагрузка на него возрастает. Компании начинают сокращать сотрудников, у многих из которых также остаются непогашенные кредиты. Чтобы расплатиться с долгами, многие компании и люди начинают распродавать своё имущество, цены на активы падают ещё быстрее, ускоряя приближение катастрофы. Эйфория превращается в панику.
Этому сценарию уже не один век, но инвесторы до сих пор не научились проявлять осторожность в «тучные» годы. Когда участники рынка отказываются снимать розовые очки, это ещё полбеды. Намного хуже, что такое же безрассудное поведение свойственно и властям.
Регуляторы могли бы охладить рынок, попросив банки ужесточить требования к залогам и сократить объёмы кредитования, тем самым подготовив участников рынка к трудным временам. Но они поступают ровно наоборот, и только подливают масла в огонь.
Практически у всех экономических кризисов есть одна общая черта – всем им предшествовал период крайне ненавязчивого регулирования. За десять лет, предшествовавшие мировому кризису, американские власти успели смягчить строгие банковские правила, принятые ещё во времена Великой депрессии, облегчить торговлю деривативами и поддержать волну консолидации в банковской отрасли, не говоря уже о том, что все эти годы они смотрели сквозь пальцы на массовую выдачу рискованных ипотечных кредитов.
Мировой кризис 2007-2008 годов вызвал новую волну регулирования финансовых рынков, но в последнее время политика американских властей опять становится всё более и более мягкой. Вновь повторяется один и тот же печальный сценарий: воспоминания о прошлых кризисах тускнеют, стремление к краткосрочным политическим выгодам заставляет власти вновь ослаблять регулирование, и рано или поздно это приводит к очередному кризису.
Из этого круга можно вырваться, если сделать центральные банки по-настоящему независимыми и предоставить им больше регулятивных полномочий. Кроме того, необходимо сдерживать аппетиты представителей финансовой индустрии. Вопрос в том, хватит ли на это политической воли, или, вернее, политического здравомыслия.
