До вчерашнего дня я не умела выбрасывать книги.
То есть, мне никогда даже не приходило это в голову. В нашей семье вместо запретов культивировалось уважение, и вот уважение к книгам стало какой-то абсолютной величиной.
В соответствии с представлениями об уважаемом человеке, в каждом месте своего обитания я организовываю небольшой бессистемный склад. Какие-то книжки спасаю из магазинов, какие-то — со всяких барахолок, есть некоторое количество фолиантов с подножий помоек, а еще у меня такие друзья, которых тоже в детстве научили, что лучший подарок — это книга.
Но только бабушка могла без суеты и паники перевозить из города в город растущее количество наполненных шкафов (и трех детей), я же для облегчения переездов выработала систему избирательной безответственности. Забыть книжку в метро, забыть забрать книжку у подруги, забыть целую полку на прошлой квартире, дать кому-то подержать томик стихов и убежать. Это схема хорошо работает, всем советую. (А что хочешь сохранить — отдавай родителям).
Но ответственность нагоняет: в какой-то день мама просит помочь разобрать семейную библиотеку, в твоих руках оказываются ветшающие томики, по которым учились читать и мама, и дяди-тети, и сестры-братья, вот все-все-все и ты тоже. Смотришь ты на какой-нибудь томик, открываешь потрепанные странички, читаешь посвящение от кого-то кому-то на память, и… не чувствуешь ничего, кроме позыва чихнуть. Кому сейчас нужна эта книга? Где ее забыть? Какое-нибудь сомнительное патриотическое сочинение или Жюль Верн, истрепанный до дыр (и имеющий не один дубликат) — хранить в память о том, что эта бумага заляпана коллективно всей семьей? — передать в качестве реликвии своим гипотетическим детям? — перечитывать время от времени?
С первой книгой, которая начала стопку макулатуры, было очень сложно. Это как перешагнуть через все, чему тебя учили, и даже больше того. Необоснованный пиетет перед книгами так же плох, как и другие необоснованные обобщения. Каждый человек, несомненно, имеет право на свое мнение, но у меня нет причин коллекционировать эти мнения у себя дома. Детские книги, где протагонисты убивают или унижают живых существ— нет. Книги, вопящие какие-то идеи — нет. Книги, выдающее желаемое за научное — тоже в стопку. Проще говоря, книги, которые нельзя назвать литературой, должны находиться в каком-нибудь другом доме.
Конечно, даже такие книги сразу не пойдут в приемник вторсырья: им будет дан второй шанс в группах «отдам даром» и прочих подобных. Правда, по моему опыту, поклонники социалистического романа не имеют аккаунтов во вконтакте, а люди, нормально относящиеся к насилию в детских книгах, не заводят библиотек. Но право на чудо имеет даже коллекция «Пламенные Революционеры» и рассказы про подростков-партизан, пытающих фрицев в зимнем лесу.
Так все просто звучит и кратко выглядит сейчас, а я вчера целый вечер потратила на размышления.
А еще предстоит разговор с книгами, которые можно назвать литературой, но их пора отпустить. Это не выкидывать, а дарить, а, значит, очень приятно. Но там сложности, кому дарить, потому что не загонять же всем, кто не умеет вежливо отказаться.
На фотографии я пребываю в безразмерном пространстве размышлений о всяких штуках.
