ПАРОВОЗЫ. ЧАСТЬ 2.

Огромные, черные, с красными полосами на кабине и с непременной звездой на лбу, со стелющимися позади клубами дыма, они врывались в город, будто из другого мира. А когда они, стоя у вокзала, пускали пары, то вообще казались волшебными чудовищами. Пишу так, потому что паровозами я тогда увлекся нешуточно. Почему и как я увлекся этими чудищами, я уже не помню, только помню, что возле железной дороги пропадал днями, знал расписание движения всех пассажирских поездов, знал в лицо машинистов и помощников маневрового паровоза, высмотрел по книгам все, что касалось всего паровозного дела и страстно мечтал попасть в кабину паровоза, где, как мне казалось, сидит самый волшебник, который руководит этим огромным монстром.

Форма машиниста
Не сомневаюсь, что через какое-то время машинист маневрового паровоза заметил, что чуть ли не каждый день неподалеку мельтешит какой-то парнишка-недоросток, очарованно тараща глаза на кабину. Сам я замечал, как усатый, с закопченным лицом человек в окне паровоза улыбается мне. Однажды, дождавшись конца смены, и увидев, что машинист двинулся пешком мимо вокзала в сторону города, я тайно пошел за ним. Он важно, как мне казалось, шагал вдоль по улице Энгельса, посверкивая пуговицами и нашивками на своей железнодорожной форме и покачивая на ходу чемоданчиком с «тормозком», а я искал возможности увидеть его лицо спереди. Хотелось запомнить его и увидеть значки, которые посверкивали у него на груди, но показаться на глаза ему было страшно, а вдруг он недоволен тем, что я за ним шпионю? Я проводил его до самого дома на площади 1 мая (место нынешнего стадиона), чувствуя какую-то непонятную радость, будто я в чем-то породнился с этим особенным для меня человеком. И однажды случилось то, о чем я мечтал так долго!

Кабина машиниста
В один из дней, оказавшись снова возле маневрового паровоза, вдруг увидел, как машинист машет мне рукой, подзывая к себе. Помню, мне стало страшно – а вдруг он скажет: «Ну-ка, пацан, иди отсюда! Не мешай работать. И чтоб больше я тебя здесь не видел!». И что тогда? Не приходить на железку я уже не могу, а торчать тут мне уже будет отказано. Я замер в нерешительности, но машинист вдруг улыбнулся мне и сказал так давно ожидаемые мной слова:

Давай, забирайся к нам!
Пулей взлетев по ступеням и ввалившись в кабину, я вдруг почувствовал, что попал в другой мир! В кабине что-то шипело, позвякивало, постукивало, стрелки приборов дрожали и прыгали, внизу под полом что шумно дышало. Но главное, что меня сразило – это паровозная топка! Она была как раз открыта, помощник машиниста, весь измазанный углем молодой мужчина, загребал из тендера, который был позади, уголь и швырял его в адское жерло, из которого разил такой жар, что я сразу же вспотел.