Как я недавно упоминал - начинаю совместный творческий проект с активистами либертарианского движения. Рабочее название - "Российский Атлант". Это не название будущей книги. Сюжет не имеет никакого отношения к "Атланту" Айн Рэнд. Отрывки, которые стану публиковать здесь, не являются окончательным текстом романа - возможны правки, добавления, исправления, смена сюжетной линии и внезапное выпиливание героев (но это не точно).
$$$
Сегодня у меня юбилей, двадцать лет. Ровно через год я стану очень богатым, осталось только дотерпеть.
С этой мыслью молодой человек допил последний глоток вина в бокале, улыбнулся гостям и вышел на лоджию, подышать воздухом. Он терпеть не мог эти семейные сборища – тем более, что никто из родственников отца, естественно, не приехал. Они прислали подарки и поздравительные письма – написанные от руки, профессиональными копирайтерами. Среди подарков был новый мощный смартфон, дорогой и строгий деловой костюм, который Эльхан вряд ли станет носить…
На лоджии он с наслаждением закурил сигариллу, затянулся ароматным вишнёвым дымом. Сегодня – можно. Тем более, все эти двоюродные дядюшки и тётушки так достали. Все они старались подлизаться к Эльхану немыслимыми способами.
– Вот посмотри фото, это Клео, дочка моего соседа – правда, красавица? И правильно воспитанная, умненькая. Тебе обязательно надо с ней познакомиться, такую невесту в городе днём с огнём не найдёшь…
Ага, конечно. Троюродная тётка настолько глупа, что решила подложить под Эльхана соседскую нищебродку – симпатичную, конечно… и возможно, действительно, «хорошо воспитанную», но. Но!
Это не его уровень. Дело было не в той девице или любой другой. Если бы он женился сейчас, за год до наступления «дня икс», было бы очевидно, что этот брак исключительно по расчёту. Девица и её родители весь год улыбались бы Эльхану, ни в чём бы ему не отказывали… с целью обязательно выставить счёт позднее.
Именно поэтому юноша старался не связываться с местными девчонками. В универе – да, даже в унылом и скучном университете его городка – даже там было хоть какое-то разнообразие. C ним учились не только приехавшие из деревень, но и дочки местной элиты, не сумевшие поступить в Академию. Они были тоже скучными и на сто процентов предсказуемыми… но хоть не смотрели на Эльхана как на ходячий кошелёк с членом.
В небе ярко сияли Семь Звёзд – те же, что и на флаге их Юрисдикции. Республика Семи Звёзд, семь крупных торговых городов и земли вокруг них. Вот отец родился в столице, дед был уважаемым лектором в Академии. А Эльхан большую часть жизни прожил в Джольяни – унылом речном порту на окраине Республики. Город жил за счёт торговых путей да двух заводиков, что уныло дымили за холмами чуть дальше к югу.
Здесь живёт вся родня матери – клерки, торговцы, водители такси. Люди неплохие, но мелкого масштаба. Совсем другое дело – семья покойного отца. Академики, владельцы торговых павильонов в столице, администраторы высшего уровня. Их дети – богатые бездельники, имеющие возможность прожигать жизнь до первого подзатыльника от старших. Эльхан хотел жить так же… ну ничего, через год – заживёт.
Отец очень умно составил завещание. Большая часть денег доставалась именно Эльхану как единственному сыну – но только по достижении полного юридического совершеннолетия. В двадцать один год. До этого момента мать мальчика, как официальный опекун, получала стабильные, но весьма скромные выплаты. Отец очень не хотел делиться с бывшей женой.
Про их брак в столице шептались «Золотой мальчик женился чёрт знает на ком». Отец в молодости конфликтовал с дедом, отстаивал своё право жить, как ему хочется, а не по указке старших. Эльхан же стал, в прямом смысле, плодом этого конфликта двух упрямых мужиков.
Когда мальчику было восемь, отец погиб – разбился самолёт. А за год до трагедии был оформлен развод родителей со всеми вытекающими последствиями. Эльхан помнил детство и роскошный дом в столице. Богатый дом, где его не любят. А после – тесная квартира в Джольяни, весёлая бабушка, каждый день пекущая пирожки… унылая школа и суровые одноклассники – нищеброды, так не похожие на тех столичных мальчиков и девочек, с кем он играл в детстве, в большом и роскошном торговом центре, куда Эльхана привозил отец, оплачивал абонемент на день – и можно было с утра до вечера носиться по залам, полным разнообразных игрушек…
– А, Эльхан, вот ты где! – донёсся сзади голос дяди Рахима. – Погоди, давай я тебя угощу… так вот, я тебе начал рассказывать, какой прибыльный бизнес мы собрались открыть с зятем, дело – верняк, ты только посмотри…
Опять… Эльхан закатил глаза, мысленно обратившись к Семи Звёздам:
«Да когда уже это кончится?»
Скоро, совсем скоро. Он всю юность выслушивает эти бесконечные бредовые планы родни. Как хорошо, что завтра – в Кипу. На фестиваль, в составе делегации от универа.
В этом городке так много старинных зданий, выстроенных во времена Империи. Весь центр – монументальная архитектура, с её помощью элита грозно, но эстетично демонстрировала покорённым варварам, кто здесь хозяин. В таких зданиях, наверно, совсем не удобно жить, но мимо них очень прикольно гулять.
«Белый город» – так названа Кипа во всех путеводителях. «Дворец Алькальда Второго является воплощением стиля…» Ага, и прочее бла-бла-бла. Эльхана больше интересовала знаменитая кондитерская через перекрёсток от этого дворца. В сети было так много постов и видеороликов про вкуснейшие пирожные из Кипы – очень калорийные и приторно-сладкие, именно такие он и любил. Пока молодой, можно есть всё, вот к старости придётся заботиться о фигуре и здоровье – но это ещё не скоро.
Конечно, во всех городах мира были подобные кондитерские – мастера из Кипы очень здорово продавали франшизу. Даже в Джольяни был маленький ларёк. С неполным ассортиментом. Некоторые виды пирожных, приготовленные по старинным секретным рецептам, можно было попробовать только здесь, в центре Кипы, позади дворца Алькальда Второго.
Эльхан торопливо пересёк площадь, заполненную стройными рядами туристических групп во главе с гидами. Краем глаза осмотрел статую Императора – огромный каменный мужик в доспехах верхом на белом коне. Туристы уже более ста лет смущённо обсуждали подробно вылепленную скульптором… анатомию боевого коня.
Но юношу не интересовала конская залупа, он пробежал мимо нескольких сувенирных магазинчиков и статуй древних императоров в переулок – к заветной вывеске на первом этаже роскошного старинного дома. Всё вокруг – из белого камня: колонны, лошади, трёхметровые брутальные мужики. Меж них снуют туристы и торговцы. В продаже – всё. От банальных открыток до хрустальных шаров с копией статуи Императора внутри.
Наконец, вот она – та самая дверь! Внутри – переполненный зал, ни единого свободного места за столиками, очередь к кассе. Эльхан отстоял 40 минут, расплатился цифровой валютой со смартфона – и торжественно вышел на улицу, держа в руке пакет с редкими пирожными. Оставалось только найти место, где ими насладиться. В неофициальных путеводителях кое-что рекомендовали… и вот он уже на верхнем балконе Малого Дворца. Понадобилось немного ловкости и адреналина, чтобы взобраться по выступам в стене памятника архитектуры… зато теперь его глазам открылся шикарный вид на площадь.
– Ой! Я уж подумал, что ты – полицейский! – донёсся голос из дальнего угла.
Эльхан вздрогнул, но по смыслу слов быстро понял, что здесь такой же нарушитель порядка, как и он сам.
– Я пришёл покушать пирожных, – сказал Эльхан. – В кондитерской зал переполнен.
– А-а… а я вот… видом любовался.
Невысокий коренастый парень выглядел испуганным. Слишком испуганным. Дело было не в том, что он боялся Эльхана или полиции. Это нечто другое, такое выражение лица в Республике Семи Звёзд редко можно было встретить. Некий вечный, изначальный испуг будто впечатали в выражение лица парня металлическим прессом – и теперь любые эмоции и движения проступали на этом лице только вместе с этим оттиском страха, зафиксированным в человеке навсегда.
– Эльхан, – представился юноша.
– П-педро, – ответил незнакомец.
– Сиди спокойно, – кивнул Эльхан. – Я ненадолго. Дай угадаю… ты из беженцев?
Усевшись на белой каменной плите и скрестив ноги, Эльхан достал из рюкзака термос, развернул пакет с пирожными.
– Так заметно? – спросил Педро.
– Если ты забрался сюда, значит – ты самый отчаянный беженец в этом городе, – Эльхан пожал плечами. – Хочешь чай? Настоящий, чёрный. Один из лучших сортов. Мне на день рождения подарили – большой пакет прислали из столицы. Знают, что я люблю… родственнички.
– Мы на юге живём, – сказал Педро. – Я тут с экскурсией.
– Тоже приехал на фестиваль молодёжи? – обрадовался Эльхан. – Значит, мы с тобой – оба студенты?
– Ну типа… Сельскохозяйственный колледж Рапа-Пуи, – Педро опустил глаза.
– Оу… там чему-нибудь учат?
– Зато два языка выучил, – вздохнул Педро. – И как не путать доход с прибылью.
– То есть, учат не только вырастить овощи, но и продать их с наценкой, – улыбнулся Эльхан.
– Вроде того, – кивнул Педро. – Мы с семьёй живём в агрохолдинге. Мне повезло попасть в образовательную программу.
– Ок-кей… – протянул Эльхан, сделав глоток чая. – Ты хоть знаешь о том, что в Кипу туристы приезжают за самыми вкусными пирожными на планете?
Педро непонимающе смотрел на него.
– Вот там, в переулке справа – очередь, – объяснил Эльхан. – Я её отстоял ради этих пирожных. Такие не продают в моём городе. Сейчас впервые в жизни их попробую.
– А, ага, – кивнул Педро.
Эльхан сделал глоток чая, закрыл глаза и надкусил пирожное. С одной стороны – вот вроде бы ничего особенного. Ну да – лёгкая кислинка… и ещё такой привкус странноватый. Но после пришло оно – то самое послевкусие, которое на разные лады описывали в сети поклонники пирожных из Кипы.
Большой глоток чая – и попробовал второе пирожное. Затем – третье. Это был своеобразный риутал, понятный лишь избранным. Дегустировать это кушанье – удовольствие вроде бы простое, но… недоступное миллионам людей на планете. Далеко не каждый имеет возможность приехать в Кипу и попробовать эти сладости. Даже несмотря на десятки льготных туристических программ, ежегодные студенческие фестивали и «чёрный рынок» этих самых знаменитых пирожных.
Эльхан не стал пробовать те, что привозили в Джольяни тайком и перепродавали в одном подвальчике за бешеные деньги по предзаказу. По пути пирожные неизбежно портились на жаре. Эти сладости из Кипы необходимо было вкушать только свежими. В этом и весь кайф.
А делать это, незаконно сидя на верхнем балконе Малого Дворца, любуясь сверху внушительно-парнокопытной статуей Алькальда Второго на боевом коне – вообще отдельный вид экстремального кайфа. Присутствие же Педро в качестве зрителя добавляло церемонии ещё один вид психологического послевкусия – и Эльхан насладился им сполна.
Педро молча и с любопытством смотрел на некий ритуал, суть которого он улавливал с трудом. Но ему было понятно, что происходит нечто важное, и надо это «важное» понять, чтобы полностью влиться в незнакомую культуру и цивилизацию.
Наконец, Эльхан распробовал все купленные пирожные, налил полную кружку чая, и протянул её Педро:
– Угощайся! Оцени всю прелесть пирожных Кипы!
Увы… именно ВСЮ прелесть Педро оценить не смог. Чай был крепким и вкусным… но почти такой же крепкий чай подают в столовке агрохолдинга. А пирожные… ну – да, отличались от тех, что он обычно покупал в магазине. И, конечно, совсем не были похожи на те, что он пробовал в детстве, на другом континенте. Совсем другой вкус. На вкус эти сладости были… дорогими. Но парень не мог уловить тот кайф, который испытывал пресыщенный Эльхан.
– В капиталистическом обществе люди готовы платить большие деньги, чтобы обладать дефицитными товарами, – улыбнулся Эльхан, когда Педро доел последнее пирожное. – А создать здесь искусственный дефицит – это… работа гения.
– В моём детстве всё было дефицитное, – вздохнул Педро.
– Попробуем зайти с иного конца, – сказал Эльхан. – Знаешь, сколько стоили эти пирожные?
Педро изобразил на лице вопрос. Эльхан озвучил цену. Бедный парень из агрохолдинга закашлялся так, что чуть не задохнулся. Организм просто отказывался поверить и смириться с тем, что в желудок только что упала половина месячной зарплаты отца.
Эльхан, хохоча, энергично хлопал его по спине.
– Давай, давай, сейчас полегчает. Вот, выпей ещё чая. Не бойся, у меня его ещё полно с собой.
Через пару минут Педро восстановил контроль над дыханием.
– Даже боюсь говорить тебе, сколько стоит этот чай, – усмехнулся Эльхан.
– Да ты… тоже мне, шутник! – возмутился Педро.
– Ладно, расслабься, я больше не буду, – сказал Эльхан. – Пойдём-ка отсюда. Если полисмены услышали, как ты кашляешь – скоро будут здесь.
– А-а… ага! – кивнул Педро и торопливо поднялся на ноги.
– К счастью, обратно не обязательно лезть по стене, – Эльхан направился к маленькому слуховому окну, незаметному с площади. – Сейчас попадём на чердак и выйдем вместе с туристами. Войти на чердак нам просто так никто бы не дал – там охрана. А выйти – ну, попробуем.
– Ты так и не сказал, где учишься.
– Джольяни, самая задрипанная дыра Республики Семи Звёзд, – хохотнул Эльхан, протискиваясь через окошко. – Факультет истории и общественных наук, кафедра менеджмента и бизнеса. Странная попытка сделать историков хоть чем-то полезными для общества, а менеджерам – дать некое подобие глубокого образования.
– А-а… а это… чем учат-то?
– Хуеплётствовать учат, – рассмеялся Эльхан. – По любому поводу и без.
– Ну круто! – коренастый Педро с трудом протискивался в окно, Эльхан схватил его за руку и потянул. Упал парень весьма шумно.
– Ч-чёрт, – выругался Эльхан. – Ну и где тут прятаться от охраны?
Ему в лицо упёрся луч фонаря.
– Сдаюсь! – парень спокойно поднял руки, понимая, что сопротивление бесполезно.
– Вы что здесь забыли? Идиоты! Быстро за мной, пока вас не арестовали! – девичий голос был весьма решительным и звучал так… приятно.
– Э-э-э, не понял? – спросил Эльхан.
– Быстро, за мной, в лабораторию!
Рассуждать было некогда – и он покорно топал за девушкой. Позади сопел прихрамывающий Педро.
Очень странно – вломиться на чердак Малого Дворца в Кипе и быть пойманными миниатюрной блондинкой в белом халате. Впрочем, жизнь полна сюрпризов – это Эльхан давно усвоил. Заскрежетал ключ в замке, распахнулась дверь – и блондинка потянула их за собой в ярко освещённую лабораторию.
– Студенты? – спросила она. – Видом любовались?
– И кушали местные пирожные, – довольно улыбнулся Эльхан.
– Повезло вам, что я здесь, – сказала девушка. – Восстанавливаю старинные гобелены. Лабораторию устроили прямо на чердаке – это проще, чем везти древности в Семь Звёзд.
– Семь Звёзд? Академия, Исторический Факультет? – спросил Эльхан.
– Да, я аспирант профессора Лукаса, – ответила девушка.
– Эльхан, – представился юноша и назвал свою фамилию.
Глаза блондинки округлились от удивления.
– Да, родственник тех самых… – вздохнул Эльхан.
– Саманта Зингер, – представилась их спасительница.
– А я – Педро Сандоваль, из сельскохозяйственного колледжа Рапа-Пуи, – вставил Педро.
– Оу… мои соболезнования, – вздохнула Саманта.
– Да ничего, там лучше, чем в местах, где прошло моё детство, – вздохнул Педро.
– А-а, – Саманта понимающе кивнула. – Прошу прощения.
– Да чего такого… эмигрант – не инвалид, в конце концов, – сказал Педро.
– Я не в том смысле, – Саманта нахмурилась. – Просто иногда как задумаюсь… так сочувствую всем, кто там живёт… на другой стороне планеты. Пойдёмте, я вас выведу.
– В том мире тоже есть свои радости, – улыбнулся Педро. – Например, у меня был велосипед, и я на нём объехал все окрестные городки. Гонял по шоссе так, что ветер в ушах свистел… потом, правда, велосипед украли.
– Страховка не покрыла? – спросил Эльхан, но тут же спохватился. – Ах, да. Откуда у вас там страховки…
– Это да… их нет, – согласился Педро. – Но не потому, что мы там какие-то отсталые, а… просто никому не приходит в голову, что это нужно.
– А полиция не нашла твой велосипед? – спросила Саманта.
– Да… как бы объяснить… полицейские, скорее всего, и украли, – вздохнул Педро. – Если бы кто-то из своих, из местных, украл – сразу бы нашли. А когда так спёрли – точно на продажу, под конкретный заказ. Знали, кому продать.
– Пипец там нравы, – Эльхан покачал головой.
– Так, сейчас выйдем в коридор, – сказала Саманта. – И до самой улицы идёте вместе со мной, делаем вид, что говорим о гобеленах.
– Окей, – кивнул Эльхан. – Так сколько я должен за чудесное спасение… этих великолепных гобеленов?
– Нисколько, – ответила Саманта. – Даже не обязательно рассказывать вашему отцу о нашей сложной работе и грантах.
– Деду, – поправил Эльхан. – Отец погиб. А дед… всё равно никогда меня не слушает и не интересуется. Если я упомяну о лаборатории профессора Лукаса и его прекрасной аспирантке… скорее всего, вам прилетит выговор за то, что общались со мной. Ведь я – форменная бестолочь и позор семьи.
– На «позор» вы не похожи, – улыбнулась Саманта. – Но с другой стороны… представителю вашего семейства полагалось бы благородно шествовать по дворцу с экскурсией или… вот в таком же белом халате.
– А никак не с пирожными и рюкзаком, – улыбнулся Эльхан.
– Но всё в этом мире меняется, – Саманта пожала плечами. – Сегодня факультетом управляет ваш дед, а послезавтра – вы…
– Вы обгоните меня на карьерной лестнице, – рассмеялся Эльхан. – Боюсь, мне за вами никогда не угнаться. Единственное, на что я могу рассчитывать – что вы согласитесь со мной поужинать.
– Пожалуй, в качестве платы за спасение… гобеленов, – хитро улыбнулась Саманта. – В качестве оплаты я попрошу вас никогда не приглашать меня на ужин.
– Никогда-никогда? Даже когда нам будет по шестьдесят лет, и мы станем унылыми пенсионерами в креслах Академии?
– Вот тогда и поужинаем, – глаза Саманты хитро блестели. – В самом дорогом ресторане столицы. Вы угощаете!
– Обязательно! – Эльхан иронично кивнул. – Если доживу до этого возраста. А то… с моей тягой к приключениям…
Они миновали пост охраны и вышли на улицу.
– Ну вот и всё, – вздохнула Саманта. – Идите, вы свободы. А я покурю за углом, раз уж выбралась.
– До встречи, – сказал Эльхан. – И спасибо! Большое спасибо тебе!
– Не за что, – отмахнулась Саманта и вдруг серьёзно посмотрела ему в глаза. – Только ты это… доживи. До шестидесяти лет. Пожалуйста. Я на тебя рассчитываю.
– Постараюсь, – так же серьёзно ответил Эльхан.
$$$
